вторник, 21 января 2014 г.

14 Что в имени?..


       Сегодня Люся впервые серьезно поругалась с мужем. За все время знакомства у них не случалось таких ссор; а ведь обсуждали, бывало, куда более серьезные вопросы, чем имя будущей дочери. Всегда, пусть не сразу, но компромисс находился. А тут…
      Петя, предложивший назвать девочку Елизаветой, был откровенно шокирован реакцией жены. Зная Люсю как человека спокойного и рассудительного, он не ожидал бурных протестов с ее стороны. Причем – без каких-либо разумных объяснений. Нет – и все! Ни за что! Любое другое имя, хоть Фёкла, хоть Лукерья. Но только не это!
       – Да почему? Красивое имя, бабушку так звали. Мы с Веркой выросли на ее руках, пирогах да сказках. Я как узнал, что девочка будет, сразу подумал в ее честь назвать. Ты только послушай, как звучит: Елизавета Петровна. По-царски ведь. Что тебе не нравится?
       Но Люся ничего не желала слушать. Она раздраженно гремела в раковине посудой и даже чуть не разбила одну тарелку. Лицо ее, покрывшееся багровыми пятнами, выражало непривычное упрямство.
       – Ее будут дразнить «Лиза-подлиза», – вот единственное более-менее связное возражение, которого смог добиться от жены Петя.
       – О чем ты говоришь? – супруг изо всех сил старался не сорваться на крик. – Детский сад какой-то, ей-богу. К любому имени при желании можно подобрать дразнилку, но это не значит…
       – Нет, значит! Мою соседку по парте всю дорогу обзывали подлизой! И вообще!..
       Люся сама толком не понимала, отчего так завелась, и потому злилась еще больше. Но мысль о том, что их дочь получит имя Елизавета, вызывала у женщины бурный протест.      Ничего не оставалось, как удариться в слезы. В результате муж вылетел из кухни, хлопнув дверью, а она продолжила поливать слезами перемытую после ужина посуду. Долго не могла успокоиться: такой плаксой стала, просто беда. Ничего, ничего, это пройдет. Но Петя тоже хорош! Вместо того, чтобы успокоить жену, разобиделся и ушел смотреть телевизор. Судя по звукам, слабо доносящимся из гостиной, глава семьи восстанавливал душевное равновесие под хоккейный матч.
       Кое-как наведя порядок на кухне, продолжающая всхлипывать Люся поняла, что ничего больше делать сегодня просто не в состоянии. Спать. Скорее лечь спать, несмотря на то, что вечер еще далеко не поздний. Завтра, хорошенько отдохнув, она помирится с благоверным и, быть может, по-другому воспримет его предложение. Нет! Но почему? Ведь не из-за Лизки же Новиковой, которая действительно ко всем подлизывалась в надежде списать домашнее задание. Чушь какая!
      Люся умылась, тихонько прошмыгнула мимо двери, за которой как раз забили гол, разобрала постель и улеглась, чувствуя себя несчастнейшей из женщин. Зеркало в ванной только что подтвердило недавние показания весов. Нестриженные в угоду суевериям волосы утратили блеск. Бессовестный тип, именуемый мужем, увлечен тем, как две команды придурков гоняют по льду кусок резины. А хуже всего то, что из-за живота невозможно как следует выплакаться в подушку. Эта живая гора вынуждает лежать в чинной позе трупа, а слезинки тем временем одна за другой скатываются по вискам в уши.  Да разве это – жизнь?!
       – Петя! – завопила она, что было сил.
       Черт с ним – с утром, которое мудренее вечера. Они в ссоре уже целую вечность, и немыслимо позволить ей длиться. Длиться, литься, наполняя будущее смутой…
       Дверь спальни смачно впечаталась в стену, и распятый силуэт мужа на миг застыл в освещенном проеме. С легким шорохом осыпался на пол небрежно приколотый к двери календарь с собаками.
       – Ты что? Ты – уже? Рано ведь…
       Подскочив к кровати, Петя зажег бра и в тревоге склонился над женой. Взял за руку и отшатнулся, напоровшись вдруг на ее безумный взгляд.
      – Да что с тобой? Плохо?
      – Нет. Я вспомнила…
       Незадолго до выпускных экзаменов Люся загремела в больницу с гнойным перитонитом. По глупости, в общем-то. Ей очень хотелось посмотреть очередную серию «Горца». Поэтому, когда ни с того, ни с сего разболелся живот, девушка, ничего никому не сказав, постаралась устроиться поудобнее и стала терпеливо ждать начала фильма. Не поднимать же панику, если все само сейчас пройдет? Когда мама перед сном зашла к Люсе в комнату, та, скорчившись на диване спиной кверху, грызла от боли кулак и упорно смотрела, как Дункан МакЛауд рубит врагам головы. Ни пошевелиться, ни сказать что-либо она не могла. Пока приехала «скорая»…
       Когда Люсю после операции и трех дней в реанимации перевели в обычную палату, она чувствовала себя вполне сносно и злилась на врачей за то, что не разрешают вставать. Ведь медсестру или санитарку не дождешься, если тебе что-нибудь нужно! А все соседки по палате тоже лежачие и помочь ничем не могут. За окнами шумит молодой листвой май, а она вынуждена отставать от жизни, валяясь на больничной койке! Под бесконечную трескотню соседок не почитаешь и не поспишь. Единственная радость – мама приходит каждый вечер. Но ненадолго, ведь дома ждут отец и пятилетний Сережка. Принесет вкусненького, умоет, причешет, рассует по карманам дежурного персонала денежки, чтобы не был забыт больной ребенок, и – бегом: ужин готовить.
       Одну из санитарок, Лизавету, побаивалось все хирургическое отделение. Когда строгого вида старуха с вечно поджатыми губами начинала греметь ведрами, народ старался по возможности убраться с дороги. Она никогда не ворчала и не ругалась, в отличие от большинства коллег, но держаться от этой женщины хотелось подальше. Могла шваброй задеть, как бы нечаянно плеснуть на ноги грязной водой; а уж тапочки задвинуть под кровать, к самой стенке, – обычное дело. И попробуй потом свою обувку оттуда достать…
       Работала Лизавета ночами и по выходным. Из болтовни медсестер больные знали, что живет она с незамужней дочерью. И отношения между родственницами до того натянутые, что они стараются как можно меньше пересекаться дома. И еще – вроде бы, Лизавета раньше была учительницей. Но с годами стала глуховата, поэтому из школы пришлось уйти еще до пенсии.
       Прижимая к груди привезенные мамой тапочки со смешными собачьими ушками, Люся наблюдала, как старушенция в несвежем халате возит тяжелой тряпкой по линолеуму, и пыталась представить ее на месте Татьяны Андреевны, их классной руководительницы. И ничего почему-то не получалось.
       А когда наконец-то разрешили вставать, у Люси резко подскочила температура, и ее перевели в бокс. Почти неделя проползла в полубреду; уколы капельницы, никаких посещений…
       Однажды ночью девушка очнулась, чувствуя отвратительную слабость и ломоту во всем теле. Темноту в комнате нарушала только узкая голубоватая полоска под дверью. Люся долго лежала, глядя на этот тусклый свет. Хотелось уютно устроиться на боку и заснуть, но шевелиться она почему-то не могла. А сон ушел куда-то очень далеко и не желал возвращаться.
       За дверью послышались шаркающие шаги, а затем она с противным скрипом отворилась, и в палату вошла женщина в длинном халате и плотно повязанной косынке. Запахло хлоркой и еще чем-то неприятным. Лизавета! Что ей здесь понадобилось? Ни ведра, ни швабры санитарка при себе не имела. Люся на всякий случай зажмурилась, – так ей вдруг стало страшно. А Лизавета приблизилась, осторожно взяла похолодевшую руку пациентки и начала стягивать кольцо, надетое на средний палец. Родители подарили на шестнадцатилетие – очень симпатичное колечко с двумя жемчужинами. Оно было чуть маловато, да еще пальцы отекли от бесконечных капельниц. Санитарка крутила кольцо и так, и эдак, но снять его не получалось. Люся лежала ни жива, ни мертва, боясь даже вздохом показать, что она в сознании. Наконец Лизавета, поняв, что затея не удалась, выпустила ее руку, проворчала что-то вроде «будь ты проклята» и ушла.
       Успокоиться девушке удалось только под утро. Потом она стала сомневаться: не в бреду ли, не во сне привиделся этот визит? Правда, одна женщина в отделении жаловалась, что у нее пропали серьги…
       – Так о чем ты вспомнила? – спросил Петя, прерывая паузу, достойную великой актрисы.
Люся постаралась улыбнуться:
       – Да так, пустяки. Ты уж прости меня. Пусть будет Елизавета Петровна. Ведь имя ни в чем не виновато, верно?

14 комментариев:

  1. Не в чем имя не виновато, виноваты всегда конкретные люди...

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. О том и спич. Но предубеждения возникают не на ровном месте. Главное - понять, откуда они взялись :)

      Удалить
    2. о да-а-а-а-а ")
      но, порой именно это и есть камень преткновения - понять "))
      а потом еще и простить ")

      Удалить
    3. Но иногда всё же получается :)

      Удалить
  2. Н-даа, вот это неожиданно! Я пока читала, мысленно придумывала другие мелкие причины, но то, что пыталась сделать эта Лизка и рядом ни лежало.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Такая история случилась с одной моей знакомой, когда она ещё девчонкой лежала в больнице.

      Удалить
  3. Обожаю такие рассказы из жизни, но описанные литературным языком. Прям зачитываюсь ими, жалко, что времени сейчас на них не хватает, работа отнимает все свободное время. Мария, вы замечательно пишите. Спасибо.

    ОтветитьУдалить
  4. Какая трогательная история... А я бы рассказала мужу эту ситуацию, я думаю, он бы понял и передумал так называть. У нас сейчас тоже такой период, думаем как назвать дочку. Придумали уже, но никому не говорим, имя редкое и необычное, но наше русское, давно забытое. Кому говорили, те нам в ответ: "Вы что совсем что-ли...?!" Поэтому теперь мы никому не говорим, чтобы не выслушивать подобные негативные высказывания.

    ОтветитьУдалить
  5. Мне дочка так и не признаётся, какое имя они придумали для новой доченьки)) Каждый раз молчит, как партизан, до самых родов)) Конечно, лучше бы без предубеждений жить, но не всегда получается. А у греков до сих пор обычай - называть детей по имени бабушек и дедушек. Напимер, сын своего первенца должен назвать именем своего отца (или матери, если это девочка). А то может быть смертельная обида на всю жизнь! Внучке моего мужа дали сразу два имени - по имени обеих бабушек, чтобы ни у одной не было претензий. Крестили Мария Христина, дома зовут Маритина...

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Симпатичное имя в результате получилось - Маритина :)

      Удалить
  6. У меня тоже имя всегда ассоциируется с конкретными людьми.

    ОтветитьУдалить