суббота, 21 июля 2018 г.

0 Маскарад забытых кошмаров. Отрывок 4


       «Маскарад» – это довольно симпатичный ужастик, входящий в «Перекрёсток всех миров». Во всяком случае, мне он кажется симпатичным. Авторы, как известно, редко склонны к самокритике.
 


Игорь оставил эльфов обустраиваться и наколдовывать необходимые для жизни на природе вещи, а сам отправился на первую морскую разведку. Он запретил себе думать о неудаче, и сейчас отупевший от усталости мозг подчинялся запрету гораздо охотнее, чем в самом начале затянувшихся догонялок.
   Он плыл под водой, почти у самого дна, лишь иногда поднимаясь на поверхность, чтобы сориентироваться. Прозрачная вода была по-весеннему прохладной, без амулета он бы закоченел в два счета. Галечное дно постепенно сменилось белым песком, а на нем стали попадаться кустики кораллов. Бирюзовые, фиолетовые, розовые, – они были самых разных форм и оттенков. Кораллов становилось все больше, среди них, как и положено, паслись яркие рыбки: бабочки, попугаи, флейты и прочие. Окружающая красота Игоря нисколько не занимала, он видел такие картины тысячи раз и вдоволь ими налюбовался при более приятных обстоятельствах.
   А вот и настоящие рифы начались. Глубина – не очень большая, метров 8 – 10, синяя толща воды хорошо просматривается. Над головой мерно колеблется жидкое серебро поверхности моря, вниз веером расходятся широкие солнечные лучи и увязают в плотном ребристом песке.
   Окруженный стаей любопытных рыбок, Игорь углубился в коралловый лабиринт, внимательно вглядываясь в его дно и стены. Красные, синие, желтые рыбешки, полосатые или пятнистые, суетливо сновали вокруг, тараща выпуклые глаза. Они то зависали перед самым его лицом, то вдруг начинали согласно метаться безо всякого повода. Из нор в коралловых стенах торчали длинные черные иглы морских ежей, предупреждая: не суйся! Да кому вы нужны?
   Разноцветные водоросли и анемоны сонно колышутся вокруг…
   А это что? Не что иное, как первый трофей, подтверждающий, что он на верном пути: запутавшись в белоснежном коралле, напоминающем ветвистые оленьи рога, Игоря манит единственным рукавом блузка жены. Ее оказалось не так-то легко вызволить из кораллового капкана. Грязная, рваная, но все пуговицы целы, а на воротничке по-прежнему сдержанно блестит Верин подарок. Черт: значит, Галка осталась только с одним амулетом, – это плохо.
   Он бережно отцепил шелковую тряпочку от шершавого коралла. Кажется, рисунок песка на дне немного нарушен. Уже темнеет, нужно возвращаться на берег: все равно теперь ничего не разглядеть среди сгустившихся синих теней.

   Эльфы развели перед входом в пещеру небольшой костер из собранных на берегу веток и обломков дерева. Оба чувствовали себя опустошенными после безумного похода и еще – очень виноватыми.
  – Может, Галя все-таки не погибла? – тихо спросила Джена, глядя на плавящееся в закатных красках море.
   Муж притянул ее к себе и осторожно поцеловал в макушку:
  – Ты не видела, как она падала. Я хотел бы надеяться на лучшее, но привык трезво оценивать ситуацию.
  – В этом и разница между вами: ты трезвый скептик, а Игорь – хмельной романтик. Я ставлю на романтику.
  – Все бы тебе играть! А здесь – не игрушки, дорогая. Я вообще не представляю, как его отсюда увести.
  – Не нужно уводить, – она уютно пристроила голову на плече мужа. – Игорь сам решит, когда нам возвращаться. Все будет хорошо.
  – Думаешь?
  – Нет, чувствую.
  – Долгий опыт рекомендует доверять твоим чувствам.
  – Вот и доверяй.
   Закат погас, и только после этого в полосе прибоя вырос массивный силуэт Игоря. Он без сил плюхнулся у огня и медленно разжал кулак: на ладони, среди мокрых сиреневых складок, доверчиво распластался перламутровый листочек.
  – Где ты это нашел?
  – Там, где и ожидалось: в рифах. Среди них можно плутать целый месяц. Ребята, я не настаиваю, чтобы вы оставались, можете возвращаться домой.
  – Тебя извиняют обстоятельства, поэтому мы не обижаемся. Итак, с Гали сорвало блузку. Вероятно, при ударе о воду…
  – Не сорвало, дружок! Обрати внимание: все пуговки на месте, они были аккуратно расстегнуты.
  – А вот амулет поврежден, видишь? У листочка отломан черенок. Совсем чуть-чуть, самый кончик, но теперь он не работает.
  – Он свою работу сделал.
  – Игорь, поешь что-нибудь.
  – Не хочется.
  – Перестань валять дурака: кроме тебя никто не сможет ее найти. А на что ты сгодишься, отказываясь от пищи? Вот, держи котелок и ложку, мы уже поужинали. Завтра рано вставать.
  – Спасибо, Джена. Что бы я без вас делал?
  – Без нас ты бы сейчас сидел дома, с семьей. Потому что вы бы с Галей не поехали на маскарад, и не случилось бы всего остального. Так что не благодари, просто поешь и ложись спать. Мы не делаем тебе одолжения, наоборот – отдаем долг.
  – Вот за это и спасибо. Без вас, а особенно – без тебя, я бы давно уже потерял человеческий облик.
   Игорь доскреб остатки плова из котелка и вышел к линии прибоя. Сел по-турецки на камни и уставился воспаленными глазами на лунную дорожку, начинавшуюся сразу же за пенной полосой. Далеко-далеко, у самого горизонта, появилась на ней маленькая вертикальная черточка и стала медленно приближаться. Да это же Галка идет по воде ему навстречу! Легкий ночной бриз шевелит волосы, жена невесомо ступает по лунным бликам и тянет к нему руки. Плечи облиты золотистым светом… Похоже, она боится сорваться с лунной струнки, но продолжает идти, вытянув руки вперед, а не в стороны. Что же он сидит здесь, как оболтус? Нужно встать и встретить ее, помочь добраться до берега…
  – Игорь, не надо спать на камнях, я устроила тебе хорошую постель там, внутри, – шепчет на ухо Джена, и Галка исчезает.
   Лишь ее печальная и виноватая улыбка еще какое-то время тает на фоне громадной апельсиновой луны, готовящейся утонуть.

   Еще два дня прошли в методичных, но совершенно бесплодных поисках. Рано утром Игорь уходил в море, а с наступлением темноты возвращался, – жутко злой и неразговорчивый.
   И сегодня он продолжает свое безнадежное дело, обшаривая раз за разом окрестности рифов. Иногда среди бесчисленных рыбок Петрович замечает более крупные силуэты, но все они оказываются с рыбьими хвостами. И ничего, похожего на ту, кого он ищет. И никаких ее следов больше.
   Боль и отчаяние заперты глубоко, наружу им хода нет, но вокруг постепенно разрастается, стремясь захватить Игоря целиком, арктический холод. И он точно знает, кто единственный сможет растопить эту вечную мерзлоту.
   Бигс недоумевает, почему он ищет жену только в море, а берегом пренебрегает. Да ни за какие коврижки Галка не покинет своего возлюбленного моря, тем более – ради столь отвратительного, безрадостного берега! Собственные робкие мысли о том, что он ищет не там, где следует, а всего лишь – где светлее, Игорь безжалостно изгонял в область мерзлоты.
   И костры ночами они жгут напрасно: не видит, не является на свет. Ну, мало ли, почему… огонь небольшой, а волны – высокие, вот и не видит. В этих кораллах множество нор. Для него норки узковаты, не пролезть. А для Галки – в самый раз. Странные какие-то блики побежали по дну: такое впечатление, что наверху кто-то плещется…
   Игорь задрал голову и тут же изо всех сил вцепился в коралловый кустик, подавляя желание быстро вылететь из воды: прямо над ним поверхность моря мутили две босые ступни. Кто-то сидит на рифе и болтает ногами в воде; и он даже догадывается – кто. Петрович осторожно поднялся выше: разумеется, это Галкины пятки, сомнений нет. Не следует ее пугать внезапным появлением, девочка и так натерпелась за последние дни.
   Он отплыл на несколько метров и только затем показался над волнами, стараясь не делать резких движений. Настоящая, живая Галка сидела на краю рифа, запрокинув лицо к солнцу и упершись руками позади себя. Совсем без одежды, до крайности исхудавшая, спутанные волосы откинуты назад.
  – Масик, давно загораешь? – негромко окликнул ее Петрович и помахал рукой.
   Вздрогнув всем телом, Галка резко подтянула колени к подбородку и обхватила их руками. Неподвижные глаза, настороженно следящие, как Игорь подгребает к ней, казались черными из-за расширившихся зрачков. Обветренные, потрескавшиеся губы крепко сжаты, и на них нет ни малейшего намека на улыбку. Не узнает?! Все так же сжимаясь в комок, Галка начала отползать на попе назад.
  – Галь, ты что, перегрелась? Не рада меня видеть? Мать, поговори со мной, почему ты молчишь?
   Петрович пребывал в полнейшей растерянности, и это еще мягко сказано: радость оттого, что жена нашлась, растворилась в ней без остатка. Он доплыл до выступающего края рифа, подтянулся на руках и выбрался на камень, продолжая болтовню. Галка тут же вскочила, метнулась к противоположному концу крохотного островка и солдатиком рухнула в воду.
   Да что ж творится-то, ексель-моксель?! Бешено матерящийся Игорь, не мешкая, нырнул и убедился, что жены и след простыл. Дальнейшее прочесывание рифов никаких результатов не дало. Полоумная, очевидно, забилась в укромную щель, и хрен ее теперь найдешь.
   Игорь вернулся на берег существенно раньше обычного и с таким лицом, что эльфы без слов поняли: случилось нечто ужасное.
  – Игорь?
  – Угу, нашел.
  – Она…
  – Да жива она, жива! Только с ума сошла!
  – Как с ума…
  – Она меня не узнала и удрала, представляете?!
  – Ты сядь, успокойся и расскажи все по порядку.
  – Не хочу я садиться, я сейчас буду рвать и метать!
  – А толку?
  – Да, действительно, – Петрович все-таки уселся возле костра и стал методично разламывать длинную толстую палку на малюсенькие кусочки.
   Вдоволь налюбовавшись на дело рук своих, он бросил кучку обломков в огонь и начал рассказ.
Звучит чудовищно, но держится мужик неплохо, только под конец стал заговариваться: все твердит про какой-то бумеранг, будто тот к нему вернулся.
  – О чем ты говоришь?
  – Есть такое занятное метательное оружие, бумеранг называется. Оно всегда возвращается к тому, кто его бросает.
  – И что это значит?
  – Неважно. Просто мой давний, хорошо забытый грешок. Пожинаю, так сказать, плоды. Но какой же я дурак: надо было сразу хватать ее за ноги и тащить сюда. Пугать не захотел, идиот!
  – А ты уверен, что это была Галя, а не морок? – осторожно спросила Джена, – Здесь ведь могут обитать наяды, тритоны. Ты им надоел своим присутствием, или наоборот – понравился. Покопались в твоем сознании, вытащили образ жены и предъявили…
  – Извини, подруга, но это чушь! У меня они ниоткуда не могли нарыть такой дивный образ: кожа да кости, не женщина, а какое-то Маугли морское! И лак на ногтях облупленный. В жизни я ее такой не видел, и запечатлеть в своем сердце не мог!
  – Значит, они сами могли ее видеть именно такой…
  – Хорошо, допустим: меня решила соблазнить наяда с довольно садистским чувством юмора. А зачем ей тогда свои тощие прелести прикрывать от нескромных взоров? Зачем убегать, не завершив процесс соблазнения? Нет, ерунда все это! Завтра пойду искать ее по верху, и уж больше церемониться не стану.
  – Нет, – решительно возразила Джена, – силой ты можешь все только испортить. Давай я пойду с тобой и постараюсь Галю уговорить. Понадобится – загипнотизирую. Надеюсь, меня она не испугается: все-таки я вдвое мельче тебя.

   Плыть по поверхности моря было гораздо труднее, потому что мешали волны, бьющие в лицо. Но амулет Джены остался дома, и приходилось терпеть неудобства. Игорю довольно быстро удалось отыскать тот самый риф с плоской верхушкой, на котором накануне загорала Галка. Она опять была там: сидела в той же позе, не глядя по сторонам.
  – Слава Богу, она на прежнем месте, не пришлось целый день здесь шарить.
  – Игорь, ты только не показывайся, очень тебя прошу. Будь поблизости, но не отсвечивай. Вот если у меня ничего не получится, можешь «хватать и не пущать».
  – Ладно, договорились уже. Ни пуха, ни пера!
  – К черту, – отозвалась Джена и поплыла по направлению к Галкиному рифу.
   А Игорь нырнул и, обогнав ее, устроился под нависающим над водой краем коралла, на расстоянии вытянутой руки от невменяемой жены. Никуда теперь не денется, голубушка. Она заметила Джену и перестала болтать ногами в воде.
  – Галя, вот ты где! А мы тебя ищем, ищем…
  – Это правда ты, Джена? – ее голос оказался сонным и как бы надтреснутым.
  – Конечно, я. Разве ты меня не узнаешь?
  – Здесь встречаются всякие, вечно кем-то прикидываются…
   Джена ловко выбралась из воды и уселась рядом.
  – Что ты здесь делаешь, дорогая?
  – Знаешь, я потерялась. Совсем потерялась.
  – Но ведь теперь ты нашлась.
  – Кто тебе сказал?
  – Ты неважно выглядишь. Как чувствуешь себя? – спросила Джена после короткой паузы.
  – Плохо. Кажется, у меня что-то с головой: все время болит и какая-то дурная. Я раньше не видела таких мерзких и длинных снов. Никак не могу проснуться, а Петрович нарочно не будит. Ты не знаешь, где он?
  – Он тебя ищет, чтобы разбудить.
   Галка начала всхлипывать:
  – Ну конечно, обыскался! Наверняка режется с Краузом в бильярд, а что жена тут пропадает, ему все равно…
  – Не расстраивайся, все не так плохо. Ты здесь одна?
  – Нет, здесь хорошие девчонки живут, веселые такие. Но они днем уходят в открытое море, а я остаюсь. Уговаривают меня насовсем остаться, но я не хочу. Что мне с ними, на нерест плавать? И потом, знаешь, они на рыбу охотятся. Не нравится мне сырая рыба, я никогда не любила суши.
  – Поплыли со мной на берег, Бигс накормит нас мясом.
  – Да ну, я устала.
  – Посмотри-ка на меня, что у тебя с глазами?
  – Что?
   По тому, как изменился голос и тон Джены, Игорь понял, что она приступила к гипнозу.
  – Мы сейчас с тобой поплывем, это совсем близко. Ты отдохнешь, мы приведем тебя в порядок, и голова перестанет болеть. Смотри, какая ты лохматая. Нужно причесаться, умыться. Я тебе массаж сделаю, а завтра придет Игорь.
  – Завтра? – Галкин голос стал еще более сонным.
  – Обязательно завтра. Давай-ка я тебе купальник сотворю, а то Бигс не поймет нашего юмора. Тебе какой?
  – Только не зеленый.
  – Хочешь желтенький?
  – Хочу…
  – Тебе очень идет. Ну, все, поплыли, только не торопись и не уходи под воду, иначе мне за тобой не угнаться.
   Они одновременно соскользнули с рифа и медленно поплыли в сторону берега. Петрович неумело перекрестился и двинулся в том же направлении, но быстрее и под водой. Девчонок необходимо обогнать, чтобы успеть где-то схорониться до завтра.


*
Мои электронные книги можно найти
здесь 


Комментариев нет:

Отправить комментарий