четверг, 1 октября 2015 г.

2 Порода невредимых. Отрывок 3

     Все в курсе, что мои герои из семейки невредимых завели себе драконов? А знаете ли вы, каково драконов воспитывать? Да бог с ним. Главное - на драконах можно летать. И даже под водой. Правда, не все полёты проходят гладко...



Наутро обе мартышки сделали все от них зависящее, чтобы родители не запамятовали и о полете на драконах. Никто не отказывался, ведь это мероприятие планировалось давно, но во время обсуждения за завтраком выяснилась одна весьма неприятная для матушки деталь. Она-то предполагала спровадить Игоря с обеими девицами, а для себя намечала приятную прогулку по острову. Но супруг заявил, что втроем в одном седле получится совсем не здорово, а катать девчонок по очереди категорически отказался. Да и барышни сразу изготовились драться из-за этой самой очереди, стоило лишь Галке о ней заикнуться.
И получилось, что ее просто поставили перед фактом: нужно лететь на двух драконах, по взрослому и ребенку на каждом. Галкиного желания и согласия никто спросить даже не помыслил. Она глазом не успела моргнуть, как доченьки уж и места поделили. Алине-то было без разницы, а Марья объявила, что полетит с папой. Мать у нее вообще шла вторым сортом, поскольку была существенно мельче отца.
– Игорь, но я же не умею ими рулить, я никогда не летала самостоятельно! – жалобно воскликнула она, уже окончательно загнанная в угол.
– Не прибедняйся, великий кормчий. Вчера так лихо разрулила, я аж залюбовался.
Супруг воплощал собой непоколебимое спокойствие, в то время как у Галки противно затряслись колени и вспотели руки. Обе девчонки, не мигая, уставились на нее: Аля с надеждой, а Машка – сердито. Еще не веря, что все потеряно, она вякнула из своего угла:
– Но я правда боюсь…
– Поздняк метаться, – осклабился Петрович. – Завтрак окончен, драконы идут на посадку.
Девчонки с гиканьем выскочили из-за стола и наперегонки помчались встречать живые аттракционы. Чувствуя, что ее завтрак под угрозой, потому что желудок волшебным образом начал сворачиваться в жгут, Галка с возмущением и упреком сверлила мужа взглядом:
– Вам не жалко моих нервов, я понимаю. Их можно трепать, раздергивать, развешивать на веревочке…
Но неподдающийся даже мелкому бурению Петрович движением брови убрал со стола, поднялся и потянул ее за руку:
– Хватит попкой тарахтеть, у тебя вместо нервов стальные канаты в секвойю толщиной. Полетаем недалеко, на малой высоте. Командовать «влево-вправо» даже олигофрен сумеет. Вы садитесь на Марго, она у нас самая послушная.
И если кто-то думает, что все это время Игорь гладил жену по головушке, – таки нет, совсем наоборот. Он скорым шагом тащил ее в сторону драконов, возле которых приплясывали от нетерпения дочурки. Галка оставила бессмысленное сопротивление. Всем известно, что нужно делать, если изнасилование неизбежно. Стараясь внутренне расслабиться, она уже прикидывала, каким образом отомстит Петровичу.
А драконы… Что же, хоть они и не совсем животные, но ручными считаться могут. И значит, будут слушаться при условии, что ты уверен в их послушании. Когда три зазубренных перламутровых кургана заслонили прочие красоты природы, Галка взвесила свою уверенность и сочла, что ее должно хватить.
– Пусти, деспот! – прошипела она, и Петрович безропотно ослабил хватку.
Сегодня парить налегке предстояло косноязычному Жемчугу, и он был безутешен, потому что драконам нравилось носить седоков. И пока командир седлал остальных, а Галка медитировала перед первым самостоятельным полетом, девчонки, стоя возле головы «желтенького», утешали его. До родителей долетали поднимающие настроение реплики:
– Я тох-хе х-хох-ху…
– Твоя очередь будет завтра, Жемчужинка.
– Х-хавтра полех-хим? А х-хех-ходня?
– Папа на тебе позавчера летал.
– Пох-хавх-хера, х-хавтра… а х-хех-ходня?
Еще немного, и она ошпарит себе ноги без помощи дракона!
– Прошу садиться, дамы, – вовремя пригласил Игорь. – Жемчуг, ты пойдешь впереди и тоже будешь слушать мои команды.
– Ех-хть х-хлух-хать х-хоманды! – перед улыбкой Жемчуга померкло даже сверкающее под утренним солнцем озеро.
Но вот все благополучно расселись, пристегнулись, надели очки, а три четверти экипажа упаковали под платки и шарфики волосы.
Петрович командует:
– Жемчуг, пошел! Марго, ты вторая! Перл, поехали!
Мощный, как цунами, рывок вдавливает в спинку сиденья. Аля, вцепившаяся руками в подлокотники, наверняка визжит, но об этом можно только догадываться. Меловые скалы ухнули в пропасть под ногами. Впереди, на фоне бездонной лазури парит одинокий и порожний кошмар логопеда, постепенно забирая все выше. А за спиной с грохотом, подобным взрыву тонны чего-то в тротиловом эквиваленте, наконец-то расправляет крылья Марго. Скалы, на миг показавшие вершины вровень с ее мордой, опять проваливаются.
– Ну, как? – улавливает Галка мысленный вопрос мужа.
– Класс, не мешай!
– А ты, дурочка, боялась…
Они сделали несколько кругов над островом, удерживая драконов от резких горок. Аля прекратила цепляться за подлокотники, и теперь сидела, подавшись вперед, насколько позволял ремень. Остров казался крупным изумрудом в строгой платиновой оправе, забытым безвестным великаном на смятом синем атласе.
– Так что, возвращаемся? – предложил Игорь, но Машка возразила:
– Нетушки, папочка, давай еще полетаем!
– Ребята, снижаемся понемногу.
Драконы один за другим увалились вниз и влево, держа курс на остров. Теперь белые барашки волн проносились совсем близко, мелькая с бешеной скоростью перед глазами и обдавая иногда брызгами. Невероятно весело, но Жемчуг, все время гордо летевший впереди, вдруг сделал свечку, а за ней – изящный кульбит, и резко нырнул. Море кокетливо исчезло из виду, но только затем, чтобы возникнуть прямо по курсу ребристой стеной, а через долю секунды – сомкнуться вокруг драконов и их ошеломленных наездников. Поле погасило удар о воду и не позволило стеклянному щитку разбиться. Когда же сияние защиты поблекло, хоть и не погасло совсем, стало видно, что нырнули все три дракона. Причину они, следует признать, имели серьезную: перламутровые проглоты плыли теперь в самой гуще стаи огромных тунцов, попутно ими подкрепляясь.
«Марго, зачем вы это сделали?»
«Х-хорош-ший з-завтрак…»
«Разве вы не позавтракали перед прогулкой?»
«Это… второй з-завтрак…»
«Игорь, вы где?»
«В том же планктоне, что и вы».
Муж имел основание так говорить. Многотысячная рыбья стая невозмутимо мелькала серебристыми боками и почти черными спинами, не замечая, что ряды ее редеют с неотвратимостью пропалываемой грядки. Драконы двигались с большей скоростью, чем рыбы. Обогнав косяк, они развернулись и пошли навстречу, продолжая второй завтрак. Теперь тунцы пролетали мимо гораздо быстрее (те, кого не пропололи, конечно), глядя вперед пустыми глазами навыкате и с обидой поджав толстые губы.
«Пап, раз полетали мало, давай хоть поплаваем», – подала очередную дерзкую мысль Марья.
«Кто-нибудь возражает?»
«Ну, па-ап!»
«Давайте, по-моему, здорово», – соглашается Галка.
Набившие животы драконы получили указание плыть медленнее и опуститься ближе ко дну. Здесь было не очень глубоко. В свое время джинн и выбрал именно это место для возведения острова из-за небольшой глубины. Дно внизу проплывало довольно ровное, и широкие солнечные лучи хоть с трудом, но дотягивались до него. А кораллы здесь почему-то почти не росли, что было довольно странно.
Подводных пловцов со всех сторон окружала густая синева – плотная, хоть и пронизанная солнцем. Внизу виднелись причудливые газоны водорослей и отдельные коралловые кусты. Изобилия морской фауны тоже не наблюдалось: несколько скатов да стайка мелких рыбешек, которая металась над самым дном с размеренностью маятника.
Когда впереди показалось основание острова, живности стало попадаться существенно больше. Петрович скомандовал драконам сделать круг перед тем, как возвращаться домой. Три обжоры охотно согласились и неторопливо поплыли вдоль ровной стены, которая сверху вниз постепенно меняла цвет от бирюзовой до почти фиолетовой.
При этом драконы пользовались любой, даже самой паршивенькой возможностью подкрепиться. Был ли это уже третий завтрак или всего-навсего десерт – неизвестно, уточнять никто не стал. Аля заинтересованно вертела головой и часто оглядывалась на Галку, показывая рукой на что-нибудь любопытное. Девочка всегда остерегалась плавать под водой, и эта прогулка явилась для нее настоящим приключением.
Вокруг разливалась синяя тишина. От встречного тока воды, которая ласково гладила кожу, сползли на затылки вроде бы тщательно повязанные платки, и освобожденные волосы колыхались вокруг голов, словно водоросли. Один раз Марго, нарушив плавность движения, резко вильнула к стене и вытащила откуда-то крупного осьминога.
Алина закрыла лицо руками. Приемная мать ее вполне поняла, потому что зрелище вышло премерзким. Щупальца с отвратительными присосками, обвившие голову дракона, извивались и дергались, исчезая одно за другим. А Марго, не теряя времени, с энтузиазмом вгрызалась в резиновое туловище осьминога. Вода замутилась от крови и «чернил», вызвав у наездниц дурноту. Под водой они дышали всей кожей, и если вокруг нечисто, затаить дыхание или зажать нос никак не получится.
«Марго, прекрати немедленно!» – взмолилась Галка.
«Уж-же…»
Да, верно, дышится опять легко, видимость прекрасная, а несчастный осьминог если и продолжает трепыхаться, то среди ранее проглоченных тунцов. Впереди небольшими зигзагами рыщет Жемчуг, а Петрович с дочерью и ее шилом в попе движутся чуть левее параллельным курсом. Перл ведет себя достойнее Марго, надо признать. Но, возможно, лишь потому, что не встретил пока ничего вкусненького. Нет, все-таки летать на драконах приятнее, чем плавать.
«Игорь, не пора ли наверх?»
«Рано, рано! – оглушительно думает Машка. – Кружочек еще не закончился!»
Внезапно, откуда ни возьмись, появляется огромная рыбина, похожая на торпеду, и все три дракона, не слушая команд и окриков, бросаются за ней в погоню. Рыба (какая-то акула, а какая именно – не разобрать) поднимается выше, чтобы не позволить преследователям прижать себя ко дну. Скорость все нарастает, и вода вокруг начинает бурлить, отжимая назад защитный экран перед седоками. Девчонки пищат, Игорь вежливо ругается, а Галке пока скорее весело.
Но что это: впереди, на хорошо освещенном дне показался правильный темный круг непонятного происхождения. Преследуемая акула-то его проскочила, а Жемчуга вдруг повело в сторону, и он возмущенно заорал, пытаясь вырваться. Драконы с наездниками тоже ворвались в пределы круга, и стало видно, что это – огромная воронка в дне, а ее стенки и толща воды над ней вращаются. Причем все быстрее и быстрее, и покинуть этот подводный вихрь невозможно.
Галка, вжатая центробежной силой в спинку, одной рукой вцепилась в Алю, а другой – в  подлокотник, намертво стиснув челюсти, чтобы не хлынул в рот поток воды. Девчонка, конечно, нахлебалась: ее бьет кашель, сейчас такой опасный.
Эфир забит беспорядочными мыслями, которые отличаются друг от друга лишь оттенками паники. Совсем рядом проносится смазанная от все возрастающей скорости стена, которая мешает Марго расправить крылья и хотя бы попытаться затормозить. Становится все темнее, ведь теперь они вертятся ниже уровня дна. Петрович, наплевавший на присутствие детей и немилосердно матерящийся, додумался творить и разбрасывать фальшфейеры. Ясности и света его действия не прибавили, просто теперь вокруг кувыркалось некоторое количество красных бездымных факелов. Они выхватывали из тьмы то оскаленную драконью морду с зажмуренными глазами, то фрагмент стены, то… вообще ничего. Не хочу, не хочу, прекратите!
Не успела эта общая мысль закончиться, как дно гигантской воронки приоткрылось, будто диафрагма фотоаппарата, и с омерзительным хлюпаньем всосало всех в себя.

*
Найти мои электронные книги можно найти здесь.


 

2 комментария:

  1. Здорово, что Вы печатаете свои романы и рассказы на сайте. Сразу ясно, о чем книга и хочется прочесть ее всю.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Да, у меня здесь много отрывков из книг и рассказов. Только вот читают мало. Печалька...

      Удалить